Close
Закрыть

Очки на даль

 
Министерство просвещения объявило о проведении Общероссийского родительского собрания. 29 августа. Министр просвещения Ольга Васильева ответит на вопросы родителей. Подготовка ведется заранее, и это здорово. Хочется поучаствовать.

За свою жизнь я взял невероятное количество интервью. Больше пяти тысяч. А может, шести, не подсчитывал. А вот с министром просвещения беседовать не приходилось. Если бы я участвовал в родительском собрании, о чем бы Ольгу Юрьевну спросил я? Может, пригодятся мои вопросы?

Тут ведь что надо иметь в виду? Родителей всегда интересует тактика. Оно и понятно: ребенок учится сейчас, и хочется помочь ему решить какие-то насущные вопросы. ЕГЭ, ГИА, школьные поборы, новые предметы... Важные вопросы? Без сомнения. Но мне кажется, что, обсуждая вопросы образования, мы, условно говоря, всегда надеваем «очки на близь» тактику обсуждаем. А имеет смысл хотя бы иногда нацепить «очки на даль» поговорить о стратегии.

Поэтому для меня главный вопрос: «Что сегодня министру просвещения представляется принципиально неверным в нашей системе образования? Существует ли что-то, что, по ее мнению, необходимо в корне менять?»

Фото: Александр Фирсов / АиФ

Можно бесконечно спорить о том, какие новые предметы надо вводить в школе, однако если дети категорически не любят то, что им преподают, так ли уж важно, чему именно их учат? Человек так устроен, что он не может работать хорошо, если трудится незаинтересованно. Как заинтересовать наших детей школой? Как сделать так, чтобы им хотелось туда ходить? На мой взгляд, важнейшие вопросы.

Что такое школа? Место, которое дает знание, или место, которое учит получать их? Тут как в старой притче: мы даем детям рыбу, а надо бы давать им удочку. Как сделать так, чтобы школа не вбивала в мозги детей знания, большинство из которых их не интересует, а научила учиться? Как объяснить ребенку, что получение знаний  процесс не только важный, но и очень интересный?

Для ответа на этот важнейший вопрос необходимо как минимум два поступка.

Первый. Отмена отметок. Мне очень интересно: министерство просвещения вообще не рассматривает отмену оценок, которые, безусловно, унижают ученика. Не случайно во взрослой жизни отметок нет. Страшно себе представить, чтобы каждое наше действие начальник оценивал конкретным баллом. Пока есть оценки, ребенок: а) не может чувствовать себя свободным; б) не может учиться для себя, для того, чтобы усовершенствовать свои знания, он старается угодить учителю. Видит ли министерство просвещения такую проблему или считает нынешнюю систему баллов, идущую от позапрошлых веков, единственной? Как сделать так, чтобы человек учился не для того, чтобы получить пятерку, а чтобы радостно и с удовольствием овладевал знаниями, которые ему пригодятся в будущей жизни?

И второй поступок. Помочь человеку найти себя, найти свое призвание. Понимает ли министерство просвещения, что наша школа на эту проблему «не заточена» вообще? Мы если иногда и говорим о чем-то в этой связи, то лишь о профориентации. То есть о том, что делать, когда человеку исполняется 15-16 лет. Великий Песталоцци считал, что ребенок должен постараться найти себя в 5-7 лет. Ладно, учитывая обилие информации, пусть в 10. Но не в 15-16! Человек, который окончив начальную школу, не смог хотя бы в общих чертах разобраться, чем ему дальше заниматься в жизни, напрасно тратит время в классе.

Невозможно получать знания, не понимая, для чего они тебе дальше нужны. В этом случае обучение превращается в формальность ради оценки. Многократно выступая в школах, я убеждался: многие школьники не понимают, что работа это то, что должно приносить не только деньги, но и удовольствие. Школа приучила ребят к тому, что работа (а одиннадцать лет учебы серьезная работа)  это изнурительный, часто бессмысленный труд. С таким ощущением они выходят в жизнь и превращаются в людей, которые только и думают о том, чтобы уйти на пенсию как можно раньше: настолько не любят свое дело. В министерстве понимают, что для того, чтобы ребенок нашел себя, нужно понять его потребности и помочь их раскрыть.

Проблемы образования проблемы фундаментальные, корневые. Понятно, что они заботят людей во всем мире. Я бы обязательно спросил: изучен ли у нас педагогический опыт других стран? Что из этого опыта мы хотели бы перенять, а что нет? В Финляндии отменили оценки как мы к этому относимся? Вообще хотим ли мы что-то взять из опыта Финляндии, Израиля, США, Англии, Франции, других стран? Хотим ли мы использовать их открытия или хотя бы изучать?

Еще один для меня принципиальный вопрос. Если педагогика  это наука, то почему учителя не знают главные великие открытия гениев педагогики, таких как Песталоцци, Ушинский, Корчак? Великих педагогов не так много, но они сделали подлинные открытия. Я не видел ни одного  ни одного! учителя, который бы знал суть «метода природосоответствия» Песталоцци и пытался его внедрить. Ушинский известен больше, но в основном как основатель научной педагогики в России, в чем суть его метода, объяснят не все.

И самый главный вопрос. Кто такой ученик в школе? Человек, с которым надо сотрудничать, чтобы помочь ему вырасти в счастливую, нашедшую себя личность? Или объект для воспитания, который должен переваривать все, что приготовят ему взрослые? Вопрос, от ответа на который зависит жизнь в школе.

Источник: «Российская газета»